0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Существует ли черный цвет в природе

p_i_f

ДЛЯ ВСЕХ И ОБО ВСЕМ

Все что находится вокруг нас, к чему мы прикасаемся, что мы ощущаем на вкус и запах, имеет цвет. Как мы видим цвет? Какой цвет является самым любимым у большинства людей в мире? А знали ли вы, что у Вселенной тоже есть цвет

1. Восприятие цвета: технически, цвета не существует

Цвет создается нашим мозгом, когда он пытается понять сигналы света, получаемые из внешнего мира. Другими словами, цвет — это то, что существует у нас в голове. Без этого, наш мир – это монохромное место, которое больше напоминает сцену из фильма «Матрица», наполненное электромагнитными излучениями разной интенсивности и длин волн.

2. Мужчины и женщины по-разному видят красный цвет

В то время как женщины видят бордовый, красно-коричневый, малиновый, мужчины в основном просто видят красный цвет без оттенков. Как оказалось, такое различие объясняется генетически.

Ученые из Аризонского университета обнаружили, что ген, отвечающий за восприятие красного цвета, находится в хромосоме X. Так как у женщин две хромосомы X, а у мужчин только одна, слабый пол лучше воспринимает весь спектр красного цвета.

3. Серебристый цвет – самый безопасный для машины

Если вы решили приобрести автомобиль и не можете принять решение, какой лучше, остановите свой выбор на машине серебристого цвета.

Ученые из Университета Окленда в Новой Зеландии исследовали связь между цветом автомобиля и риском аварий, учитывая множество других факторов, таких как возраст, пол, использование ремней безопасности и условий на дороге. Как выяснилось, серебристые машины реже всего становились жертвами аварий, так как они лучше видны на дороге и при тусклом свете.

4. Розовый цвет успокаивает нервы

Розовый считается смягчающим цветом, который часто используют в тюрьмах и психиатрических заведениях для успокоения тех, кто выходит из под контроля. Розовый цвет уменьшает враждебность среди заключенных, а также снижает агрессию и тревожность.

5. Синий — самый любимый цвет в мире

Синий — самый любимый цвет в мире. Второй цвет, который люди больше всего предпочитают – пурпурный. Опрос, проведенный в 17 странах, показал, что около 40 процентов людей на Земле считают своим любимым цветом синий. Пурпурный цвет выбрали 14 процентов людей в мире. Самый нелюбимый цвет в большинстве стран — белый.

6. Страх цвета называется хромофобия

Хромофобия или хроматофобия – это редкий, стойкий и иррациональный страх определенных цветов. У некоторых людей с этим расстройством возникает сильная реакция на определенные оттенки, а другие вообще стараются избегать каких-то цветов. Они испытывают такие симптомы, как тошнота, головокружение, затрудненное дыхание, чувство паники, повышенная частота ударов сердца и кровяное давление, тревога, головная боль и дрожь. Лечится фобия цвета различными методами психотерапии.

7. Вкус еды зависит от цвета посуды

Недавнее исследование в очередной раз подтвердило, что цвет посуды влияет на наше вкусовое восприятие. Согласно исследованиям горячий шоколад кажется нам вкуснее всего в чашках оранжевого цвета.

Ранее ученые выяснили, что прохладные цвета, такие как синий больше подходят для напитков, чем, например, красный, а напитки розового цвета часто воспринимаются нами как сладкие.

8. Цветовой круг — лучший способ ориентироваться в цветах

Он был впервые изобретен Исааком Ньютоном и позже улучшен другими экспертами. Цветовой круг показывает, как основные цвета смешиваются, создавая другие отчетливые оттенки. Традиционно цветовой круг состоит из:

Основных цветов (красный, желтый, синий)

Вторичных цветов (зеленый, оранжевый и фиолетовый), которые получаются при смешивании основных цветов

Вспомогательные цвета – оттенки, которые получаются при смешении основных цветов с вторичным цветом. Это такие цвета, как сине-зеленый, красно-фиолетовый, желто-оранжевый.

Цветовой круг помогает нам лучше понять, как цвета связаны друг с другом и какие комбинации создают гармоничное сочетание.

9. Цвет Вселенной — космический кофе с молоком

Астрономы утверждают, что у Вселенной есть цвет и это цвет был назван «космический кофе с молоком«. В 2001 году, ученые из Университета Джона Хопкинса усреднили цвета 200 000 галактик и получили бежево-белый цвет.

10. Черный и белый – это цвет или отсутствие цвета?

Являются ли черный и белый цветами? Это один из самых спорных вопросов. Если вы спросите художника или ребенка, то черный — это цвет, а белый – это отсутствие цвета. С научной точки зрения, черный является отсутствием всех цветов, а белый – смешением всех цветов. Когда нет света, все становится черным. Солнечный свет – это белый свет, который состоит из всех цветов спектра. Примером этому служит радуга. Мы не можем увидеть цвета солнечного света, за исключением атмосферных условий, при которых преломляются лучи света, создавая радугу.

Кстати несколько лет назад ученые создали материал «чернее черного» из углеродных нанотрубок, который поглощает 99 процентов ультрафиолетового, видимого, инфракрасного и дальнего инфракрасного света.

Наш мир на самом деле серый — и другие невероятные факты о цвете

Все, что каждый обладатель глаз должен знать о художниках, дальтониках и прочих ярких красках нашей жизни!

Краски жизни достались человечеству неслучайно: мы их честно заработали. Потому что на самом деле. Мы даже не уверены, стоит ли тебе об этом говорить, ибо это ужасно. Возможно, ты предпочел бы так никогда этого и не знать. Но истина дороже. В общем, смотри:

Этот мир на самом деле — серый!

Правда-правда. Не существует ни голубого неба, ни красных роз, ни зеленой травы, ни желтых цыплят — есть лишь бесцветные объекты разной степени освещенности. Черно-белое кино всегда показывало нам правду.

То, что мы называем цветом, это лишь способность нашего глаза различать электромагнитные волны разной длины (и восприятие это зависит от множества факторов: степени освещенности объекта, структуры его поверхности, окружающего фона, температуры и т. д.). Наш мозг научился маркировать эти волны, воспринимая их по-разному, в то время как огромное количество других живых существ прекрасно обходится без цветного зрения (к концу этой статьи ты будешь знать почему).

Почему ночью все кошки серы?

То, что мы называем цветом, всего лишь способность мозга воспринимать электромагнитные волны

А также стулья, люди и прочие деревья. Потому что, как мы, может быть, помним из уроков биологии, за прием изображения в нашем глазу отвечают палочки и колбочки. Так вот, только колбочки умеют видеть то, что мы традиционно называем цветом. А для их работы требуется куда больше освещения, чем для работы палочек, которые исправно готовы фиксировать лишь формы объектов. Поэтому в сумерках краски тускнеют, чтобы исчезнуть вовсе с наступлением ночи, даже если вялые ночные светила и позволяют нам кое-как различить выступающие из мрака дома и автомобили. Кстати, слишком сильное освещение тоже мешает нам различать цвета, сбивая прибор измерения длины волн.

Почему я вижу цвет, если его нет?

На этот вопрос толком тебе не ответят ни физики, ни офтальмологи. Откуда наш мозг вообще взял идею цвета, если его, по большому счету, нет во вселенной? Пока что бытует мнение, что цвет — это исключительно психофизиологическое понятие, что это одна из форм ощущения нами видимого излучения. Почему это ощущение такое мощное и прекрасное, обсудим дальше.

Платье белое с золотым или синее с черным?

Знаменитое платье, по поводу цвета которого уже года два спорят в Интернете, в оригинале — синее с черным (что прекрасно видно на других, не столь удачных снимках этого наряда). Но на данной фотографии примерно 40% людей с первого взгляда определяют его как белое с золотым. Это восприятие зависит от одного обстоятельства: если ты сразу решил, что платье снято в солнечный день и освещено спереди, оно станет для тебя синим. Если твой мозг решил, что платье снято при электрическом освещении, источник которого расположен сзади платья, он увидит его белым с золотом.

Но что интересно: ты можешь объяснить мозгу, что он ошибается. Если долго медитировать со снимком, щуриться, отодвигаться, придвигаться, отводить взгляд и снова бросать его на картинку, то в один прекрасный момент ты увидишь, что платье поменяло цвет (из белого превратилось в синее или наоборот). Автор этого текста, например, научился без всякого усилия в любой момент видеть на снимке сразу оба варианта цвета (и вроде бы остался в здравом рассудке). Этот опыт интересен тем, что он убедительно показывает, насколько восприятие нами цвета часто зависит не от каких-то реалий, а исключительно от настроения тараканов в нашей голове.

А животные видят цвет?

Большинство хищных и стадных млекопитающих — нет. Им это совершенно ни к чему. Тигру без разницы, какую зебру есть — бурую или малиновую; зебре без разницы — лиловую траву она жует или оранжевую. Кстати, распространенное мнение, что быки ненавидят красный цвет, является мифом: еще в начале ХХ века были сделаны многочисленные тесты, убедительно свидетельствующие о том, что быки — абсолютные дальтоники. Как, впрочем, собаки, кошки, медведи и, например, козы.

Кстати, тогда же было сделано интересное наблюдение: цветным зрением обладают обычно животные, имеющие яркую пеструю окраску. Если же обладатель шкурки или шубки в естественном виде буро-пятнист, желто-полосат или песочно-небросок, то, вероятнее всего, цветовосприятие не является сильной стороной его вида. В дальнейшем биохимики подтвердили эти эксперименты. Выяснилось, что для различения длины волн требуются особые белки, вырабатывающиеся в различных рецепторах сетчатки.

Если животное обладает лишь одним типом рецепторов, оно будет так называемым ахроматом, то есть существом, физически неспособным различать цвета. Есть животные-дихроматы, которые могут видеть лишь часть тех цветов, которые видим мы, гордые трихроматы, обладатели полноценного тройного цветного зрения! Хотя, если честно, среди насекомых, птиц и рыб есть также мерзавцы с пятью и шестью рецепторами, а у некоторых видов раков типов рецепторов вообще двенадцать, и мы даже вообразить не в состоянии то цветовое богатство, которым пользуются эти тупые, бесполезные твари. Представляешь себе вселенную, в которой в четыре раза больше цветов? Так вот, она есть. Но только для раков. Безобразие, если подумать.

Почему бывают дальтоники?

Это генетическая особенность, благодаря которой человек рождается не трихроматом, а дихроматом, то есть у него не вырабатывается один из трех стандартных для нашего вида белков. Чаще всего дальтоники путают красный и зеленый цвета. Но это истинные, прирожденные дальтоники. Бывает дальтонизм, вызванный иными причинами, о которых мы поговорим ниже.

Зачем человеку цветное зрение?

С появлением телевидения и ярких книг человек стал лучше распознавать разные оттенки цветов

Затем же, зачем оно необходимо птичкам или пчелкам. Животным, которые выбрали нелегкую судьбу собирателей. В отличие от зебры, вся реальность которой — это бесконечный, но однообразный обед на тысячи километров вокруг, или от тигра, которому нужно просто унюхать большое скоп­ление мяса и встать на след, собиратель тянет в рот что ни попадя. Пчелам нужно перешерстить за день тысячи цветков, желательно не путая их, например, с камнями; птицам — скакать по деревьям в поисках семян и червяков. А человек вынужден бродить по супермаркету, выискивая розовые плоды, желтых сочных ящериц, голубых крабов и нежную зелень ростков папоротника, так отличающуюся от не столь нежной зелени ростков ядовитого плюща.

В лейпцигском Институте эволюционной антропологии было подсчитано, что на заре существования человек потреб­лял регулярно до 1500 видов растений и до 1000 видов животных (насекомых, птиц, рыб и т. д.). И ему нужно было уметь отличать тысячи закусок от других — горьких, жгучих, ядовитых и несъедобных. Поэтому наши всеядные предки постепенно отказались от острого нюха и тонкого слуха, фокусируясь на узорах чешуек, фактуре кожуры и виде листьев, — современный человек до 90% информации получает по зрительным каналам. И, конечно, обретение способности к цветному зрению изрядно улучшило его способность к выживанию.

То есть мы видим мир таким, каким его видят, например, пчелы?

Практически наверняка нет. Как мы уже писали, цвет — понятие психофизическое, и, вероятнее всего, насекомые воспринимают цвет совершенно иначе. Они, например, могут определять разность в длине волн как мерцание или ближе к тому, как мы воспринимаем звуковые сигналы (некоторые исследователи высказывали мнение, что цветы «поют» для насекомых).

Но хоть люди-то видят цвета одинаково?

А вот это чрезвычайно интересный вопрос. Мы пока не умеем залезать в головы друг другу настолько, чтобы получить подтверждение, что наш красный выглядит точно таким же красным для других. Возможно, каждый из нас вообще видит свои уникальные цвета, существующие только в его мироздании, но поделиться своим реальным цветовосприятием друг с другом мы не умеем. Сколько ни рисуй желтые подсолнухи, все остальные увидят только ту желтизну, которую для них когда-то придумал их собственный мозг.

Есть еще более интересное обстоятельство: представление о цветах и оттенках у человека формируется в младенчестве под влиянием окружающих. Если ребенок с детства не приучен к особому цветовому разнообразию и его не учат различать цвета родители, то его мир будет куда менее красочным, чем у детей, выращенных среди ярких игрушек и вещей.

Литературоведов давно беспокоило, что в древних текстах мы часто встречаем странные описания цветов. Израильский лингвист Гай Дойчер в книге «Сквозь зеркало языка» разобрал эти странности, используя тексты Гомера. И в «Илиаде», и в «Одиссее» мало упоминаний о цвете, если сравнивать тамошние описания с текстами более поздними, например эпохи Возрождения. Нет ни синих небес, ни зеленых полей, ни золотых кос Елены. А те упоминания о цвете, которые изредка встречаются, вгоняют в оторопь. Овцы там цвета фиалки. Фиолетовое железо. Море несколько раз именуется «винно-красным». Лица трусливых солдат — зеленые. Зеленого же цвета у Гомера мед. Синие волосы у Гектора и брови у Зевса. А у Одиссея волосы цвета гиацинта, то есть интенсивно-синие. Единственный оттенок, который всегда на своем месте, — это красный. Красные кровь, медь, вино.

Конечно, по легенде, Гомер был слепым, но все остальные описания его настолько точны и детальны, что этот дальтонизм трудно объяснить мифической незрячестью поэта. Тем более что и в других древних текстах мы видим подобные несуразности. В том же Ветхом Завете, в индийском эпосе, в китайских летописях мы, например, не встретим и намека на синий цвет неба. Оно бывает красным, белым и черным, полыхает огнем, наливается медью, но никогда оно не бывает ни синим, ни голубым. При этом сам синий цвет людям был знаком: на египетских фресках синий — один из самых популярных. Но египтяне никогда не видели и признака его ни в морских водах, ни в небе у себя над головой.

По мнению ряда ученых, например Гладстона и Гейгера, и египтяне, и греки, и китайцы еще три тысячи лет назад не очень умели отличать ярко-синий цвет от черного, а бледно-голубой — от серого (таким образом, синие брови Зевса и кудри Одиссея становятся более понятны). Эта же особенность встречается у многих представителей полудиких племен сегодня.

Ученый Дэниел Эверетт, исследовавший жизнь индейцев племени пираха, точно установил, что им вообще неизвестна идея цвета: пираха определяют цвета исключительно по светлости или темности. Красный им, видимо, заметен более остальных, но, например, синий, коричневый и зеленый тазики одинаковой цветовой насыщенности они различить уже не могут.

Конечно, с появлением огромного числа искусственных красителей, телевидения, ярких книг и всего прочего человек стал намного лучше осознавать различные оттенки цветов, ведь его с рождения стали окружать очень вариативные цветовые комбинации. Но до сих пор встречаются «дальтоники по воспитанию», которые путают зеленый с синим или бежевый с желтым просто потому, что в детстве по какой-то причине (например, небрежению родителей) у них не произошло закрепления представления об этих цветах. Кстати, теоретически это упущение можно наверстать в зрелом возрасте, старательно и регулярно рассматривая яркие картинки и обучая себя отличать ультрамарин от бирюзового с помощью сидящего рядом надежного советчика.

Почему цвета доставляют такое удовольствие?

Потому что мы их придумываем сами. И каждое новое, особенно непривычное или редкое удачное восприятие цвета является хорошо выполненной работой нашего мозга. Так что в нашем восхищении яркими красками имеется и некоторая доля откровенного самолюбования. Именно поэтому дети больше всего любят яркие цвета, которые им проще всего определить. С возрастом же мы учимся ценить сложные тона, неяркие приглушенные сочетания и, скажем, пастельные оттенки, для осознания которых нашему мозгу требуется куда больше усилий.

То есть, как бы низменно это ни звучало, любуясь осенним закатом, мы испытываем примерно те же ощущения, что и какой-нибудь тузик, обнюхивающий хорошо описанный фонарный столб: мы получаем поток важной информации, проходящий молниеносную и масштабную автоматическую обработку.

И, кстати, сейчас наше умение отличать спелый банан от недозревшего с большого расстояния, считывая длину исходящих от него электромагнитных волн, тоже можно считать важным для выживания фактором. По крайней мере, дома в тебя никто не будет швыряться неспелыми бананами, вопрошая, зачем на такого, как ты, она потратила лучшие годы своей жизни.

Какого цвета не существует в природе и почему?

Каких цветов на самом деле технически не существует?

Этот вопрос на самом деле не имеет смысла, но если уж отвечать, то ответ: те, которые мы не видим.

Цвет — просто название для излучения оптического диапазона, которое видит человек. То есть само понятие «цвет», придуманное человеком, используется только людьми и применяется только к тому, что видят люди.

Значит существуют все цвета, которые мы видим. Потому что «цвет» — лишь название.

Вопрос находится в некотором противоречии с пояснением к нему. Потому как текст вопроса — каких цветов нет в природе, а в пояснении речь уже идёт о «не существует технически«. Как по мне, всё, что существует технически, не является природным феноменом.

Так что я всё же буду о природе.

Имхо, в природе не существует монохроматических цветов. Почти любых. Единственное исключение — серии излучения ионизированных атомов водорода — Лаймана, Бальмера и прочие. Водорода во Вселенной до фига, и он почти весь ионизированный, поэтому вот эти цвета (хотя не все эти спектральные линии, даже будучи монохроматическими, являются цветом в строгом смысле) в природе увидеть можно.

Но все прочие процессы испускают немонохроматическое излучение. Существуют источники сравнительно узкополосного излучения — например, синхротронное излучение релятивистских частиц в магнитном поле звёзд или их остатков (наиболее известный пример — Крабовидная туманность), но сама природа этого излучения не даёт ему быть строго монохроматическим: при таком излучении частица теряет свою энергию, а значит, частота его постепенно уменьшается.

Цвета существуют не в природе — они существуют в голове (с глазами, конечно). У человека, в частности, три типа цветоощущающих рецепторов, и они воспринимают любой объект как трёхкомпонентный вектор. Если разные объекты (разные спектральные характеристики) вызывают у рецепторов одинаковые отклики — это метамерные цвета. Какие отклики рецепторов невозможны? Во-первых, сигнал каждого рецептора положителен, отрицательных быть не может. Во-вторых, невозможен положительный отклик зелёного и одновременно нулевые отклики синего и красного. Это всё нереальные цвета, которые лежат вне цветового охвата (области, ограниченной локусом и линией пурпурных цветов). Нереальные цвета возможны на бумаге, но в природе отсутствуют объекты, способные вызвать такие ощущения.

Цвет — это прежде всего ощущение, которое есть в нашей голове, оно возникает при попадании в наши глаза световых волн оптического диапазона. То есть цвет — это еще и характеристика световой волны. В сетчатке глаза человека есть колбочки, которые способны воспринимать следующие цвета — красный, зеленый и синий. То есть технически мы принимаем три цвета. Все остальные цвета — это результат смешения трех основных цветов. Поэтому у нас в голове формируются все остальные цвета, хотя физически глаз их как бы не видит. То же самое происходит в телевизорах, где есть три основных цвета — красный, синий, зеленый, а все остальные видимые цвета — это результат восприятия нашего зрения. То есть с экрана телевизора светят миллионы точек всего трех цветов, но их различные комбинации на экране создают иллюзию наличия большого количества цветов и оттенков (RGB цветовая модель).

Поэтому технически человек видит только три цвета, все остальные цвета — это плод работы его мозга. Белый цвет — это смешение интенсивных световых волн трех основных цветов. Черный цвет — отсутствие любых световых волн.

Однако это все касается только человека, у животных и насекомых зрение может быть совершенно другим, и цвета для них могут существовать другие

Наш мир на самом деле серый — и другие невероятные факты о цвете

Все, что каждый обладатель глаз должен знать о художниках, дальтониках и прочих ярких красках нашей жизни!

Краски жизни достались человечеству неслучайно: мы их честно заработали. Потому что на самом деле. Мы даже не уверены, стоит ли тебе об этом говорить, ибо это ужасно. Возможно, ты предпочел бы так никогда этого и не знать. Но истина дороже. В общем, смотри:

Этот мир на самом деле — серый!

Правда-правда. Не существует ни голубого неба, ни красных роз, ни зеленой травы, ни желтых цыплят — есть лишь бесцветные объекты разной степени освещенности. Черно-белое кино всегда показывало нам правду.

То, что мы называем цветом, это лишь способность нашего глаза различать электромагнитные волны разной длины (и восприятие это зависит от множества факторов: степени освещенности объекта, структуры его поверхности, окружающего фона, температуры и т. д.). Наш мозг научился маркировать эти волны, воспринимая их по-разному, в то время как огромное количество других живых существ прекрасно обходится без цветного зрения (к концу этой статьи ты будешь знать почему).

Почему ночью все кошки серы?

То, что мы называем цветом, всего лишь способность мозга воспринимать электромагнитные волны

А также стулья, люди и прочие деревья. Потому что, как мы, может быть, помним из уроков биологии, за прием изображения в нашем глазу отвечают палочки и колбочки. Так вот, только колбочки умеют видеть то, что мы традиционно называем цветом. А для их работы требуется куда больше освещения, чем для работы палочек, которые исправно готовы фиксировать лишь формы объектов. Поэтому в сумерках краски тускнеют, чтобы исчезнуть вовсе с наступлением ночи, даже если вялые ночные светила и позволяют нам кое-как различить выступающие из мрака дома и автомобили. Кстати, слишком сильное освещение тоже мешает нам различать цвета, сбивая прибор измерения длины волн.

Почему я вижу цвет, если его нет?

На этот вопрос толком тебе не ответят ни физики, ни офтальмологи. Откуда наш мозг вообще взял идею цвета, если его, по большому счету, нет во вселенной? Пока что бытует мнение, что цвет — это исключительно психофизиологическое понятие, что это одна из форм ощущения нами видимого излучения. Почему это ощущение такое мощное и прекрасное, обсудим дальше.

Платье белое с золотым или синее с черным?

Знаменитое платье, по поводу цвета которого уже года два спорят в Интернете, в оригинале — синее с черным (что прекрасно видно на других, не столь удачных снимках этого наряда). Но на данной фотографии примерно 40% людей с первого взгляда определяют его как белое с золотым. Это восприятие зависит от одного обстоятельства: если ты сразу решил, что платье снято в солнечный день и освещено спереди, оно станет для тебя синим. Если твой мозг решил, что платье снято при электрическом освещении, источник которого расположен сзади платья, он увидит его белым с золотом.

Но что интересно: ты можешь объяснить мозгу, что он ошибается. Если долго медитировать со снимком, щуриться, отодвигаться, придвигаться, отводить взгляд и снова бросать его на картинку, то в один прекрасный момент ты увидишь, что платье поменяло цвет (из белого превратилось в синее или наоборот). Автор этого текста, например, научился без всякого усилия в любой момент видеть на снимке сразу оба варианта цвета (и вроде бы остался в здравом рассудке). Этот опыт интересен тем, что он убедительно показывает, насколько восприятие нами цвета часто зависит не от каких-то реалий, а исключительно от настроения тараканов в нашей голове.

А животные видят цвет?

Большинство хищных и стадных млекопитающих — нет. Им это совершенно ни к чему. Тигру без разницы, какую зебру есть — бурую или малиновую; зебре без разницы — лиловую траву она жует или оранжевую. Кстати, распространенное мнение, что быки ненавидят красный цвет, является мифом: еще в начале ХХ века были сделаны многочисленные тесты, убедительно свидетельствующие о том, что быки — абсолютные дальтоники. Как, впрочем, собаки, кошки, медведи и, например, козы.

Кстати, тогда же было сделано интересное наблюдение: цветным зрением обладают обычно животные, имеющие яркую пеструю окраску. Если же обладатель шкурки или шубки в естественном виде буро-пятнист, желто-полосат или песочно-небросок, то, вероятнее всего, цветовосприятие не является сильной стороной его вида. В дальнейшем биохимики подтвердили эти эксперименты. Выяснилось, что для различения длины волн требуются особые белки, вырабатывающиеся в различных рецепторах сетчатки.

Если животное обладает лишь одним типом рецепторов, оно будет так называемым ахроматом, то есть существом, физически неспособным различать цвета. Есть животные-дихроматы, которые могут видеть лишь часть тех цветов, которые видим мы, гордые трихроматы, обладатели полноценного тройного цветного зрения! Хотя, если честно, среди насекомых, птиц и рыб есть также мерзавцы с пятью и шестью рецепторами, а у некоторых видов раков типов рецепторов вообще двенадцать, и мы даже вообразить не в состоянии то цветовое богатство, которым пользуются эти тупые, бесполезные твари. Представляешь себе вселенную, в которой в четыре раза больше цветов? Так вот, она есть. Но только для раков. Безобразие, если подумать.

Почему бывают дальтоники?

Это генетическая особенность, благодаря которой человек рождается не трихроматом, а дихроматом, то есть у него не вырабатывается один из трех стандартных для нашего вида белков. Чаще всего дальтоники путают красный и зеленый цвета. Но это истинные, прирожденные дальтоники. Бывает дальтонизм, вызванный иными причинами, о которых мы поговорим ниже.

Зачем человеку цветное зрение?

С появлением телевидения и ярких книг человек стал лучше распознавать разные оттенки цветов

Затем же, зачем оно необходимо птичкам или пчелкам. Животным, которые выбрали нелегкую судьбу собирателей. В отличие от зебры, вся реальность которой — это бесконечный, но однообразный обед на тысячи километров вокруг, или от тигра, которому нужно просто унюхать большое скоп­ление мяса и встать на след, собиратель тянет в рот что ни попадя. Пчелам нужно перешерстить за день тысячи цветков, желательно не путая их, например, с камнями; птицам — скакать по деревьям в поисках семян и червяков. А человек вынужден бродить по супермаркету, выискивая розовые плоды, желтых сочных ящериц, голубых крабов и нежную зелень ростков папоротника, так отличающуюся от не столь нежной зелени ростков ядовитого плюща.

В лейпцигском Институте эволюционной антропологии было подсчитано, что на заре существования человек потреб­лял регулярно до 1500 видов растений и до 1000 видов животных (насекомых, птиц, рыб и т. д.). И ему нужно было уметь отличать тысячи закусок от других — горьких, жгучих, ядовитых и несъедобных. Поэтому наши всеядные предки постепенно отказались от острого нюха и тонкого слуха, фокусируясь на узорах чешуек, фактуре кожуры и виде листьев, — современный человек до 90% информации получает по зрительным каналам. И, конечно, обретение способности к цветному зрению изрядно улучшило его способность к выживанию.

То есть мы видим мир таким, каким его видят, например, пчелы?

Практически наверняка нет. Как мы уже писали, цвет — понятие психофизическое, и, вероятнее всего, насекомые воспринимают цвет совершенно иначе. Они, например, могут определять разность в длине волн как мерцание или ближе к тому, как мы воспринимаем звуковые сигналы (некоторые исследователи высказывали мнение, что цветы «поют» для насекомых).

Но хоть люди-то видят цвета одинаково?

А вот это чрезвычайно интересный вопрос. Мы пока не умеем залезать в головы друг другу настолько, чтобы получить подтверждение, что наш красный выглядит точно таким же красным для других. Возможно, каждый из нас вообще видит свои уникальные цвета, существующие только в его мироздании, но поделиться своим реальным цветовосприятием друг с другом мы не умеем. Сколько ни рисуй желтые подсолнухи, все остальные увидят только ту желтизну, которую для них когда-то придумал их собственный мозг.

Есть еще более интересное обстоятельство: представление о цветах и оттенках у человека формируется в младенчестве под влиянием окружающих. Если ребенок с детства не приучен к особому цветовому разнообразию и его не учат различать цвета родители, то его мир будет куда менее красочным, чем у детей, выращенных среди ярких игрушек и вещей.

Литературоведов давно беспокоило, что в древних текстах мы часто встречаем странные описания цветов. Израильский лингвист Гай Дойчер в книге «Сквозь зеркало языка» разобрал эти странности, используя тексты Гомера. И в «Илиаде», и в «Одиссее» мало упоминаний о цвете, если сравнивать тамошние описания с текстами более поздними, например эпохи Возрождения. Нет ни синих небес, ни зеленых полей, ни золотых кос Елены. А те упоминания о цвете, которые изредка встречаются, вгоняют в оторопь. Овцы там цвета фиалки. Фиолетовое железо. Море несколько раз именуется «винно-красным». Лица трусливых солдат — зеленые. Зеленого же цвета у Гомера мед. Синие волосы у Гектора и брови у Зевса. А у Одиссея волосы цвета гиацинта, то есть интенсивно-синие. Единственный оттенок, который всегда на своем месте, — это красный. Красные кровь, медь, вино.

Конечно, по легенде, Гомер был слепым, но все остальные описания его настолько точны и детальны, что этот дальтонизм трудно объяснить мифической незрячестью поэта. Тем более что и в других древних текстах мы видим подобные несуразности. В том же Ветхом Завете, в индийском эпосе, в китайских летописях мы, например, не встретим и намека на синий цвет неба. Оно бывает красным, белым и черным, полыхает огнем, наливается медью, но никогда оно не бывает ни синим, ни голубым. При этом сам синий цвет людям был знаком: на египетских фресках синий — один из самых популярных. Но египтяне никогда не видели и признака его ни в морских водах, ни в небе у себя над головой.

По мнению ряда ученых, например Гладстона и Гейгера, и египтяне, и греки, и китайцы еще три тысячи лет назад не очень умели отличать ярко-синий цвет от черного, а бледно-голубой — от серого (таким образом, синие брови Зевса и кудри Одиссея становятся более понятны). Эта же особенность встречается у многих представителей полудиких племен сегодня.

Ученый Дэниел Эверетт, исследовавший жизнь индейцев племени пираха, точно установил, что им вообще неизвестна идея цвета: пираха определяют цвета исключительно по светлости или темности. Красный им, видимо, заметен более остальных, но, например, синий, коричневый и зеленый тазики одинаковой цветовой насыщенности они различить уже не могут.

Конечно, с появлением огромного числа искусственных красителей, телевидения, ярких книг и всего прочего человек стал намного лучше осознавать различные оттенки цветов, ведь его с рождения стали окружать очень вариативные цветовые комбинации. Но до сих пор встречаются «дальтоники по воспитанию», которые путают зеленый с синим или бежевый с желтым просто потому, что в детстве по какой-то причине (например, небрежению родителей) у них не произошло закрепления представления об этих цветах. Кстати, теоретически это упущение можно наверстать в зрелом возрасте, старательно и регулярно рассматривая яркие картинки и обучая себя отличать ультрамарин от бирюзового с помощью сидящего рядом надежного советчика.

Почему цвета доставляют такое удовольствие?

Потому что мы их придумываем сами. И каждое новое, особенно непривычное или редкое удачное восприятие цвета является хорошо выполненной работой нашего мозга. Так что в нашем восхищении яркими красками имеется и некоторая доля откровенного самолюбования. Именно поэтому дети больше всего любят яркие цвета, которые им проще всего определить. С возрастом же мы учимся ценить сложные тона, неяркие приглушенные сочетания и, скажем, пастельные оттенки, для осознания которых нашему мозгу требуется куда больше усилий.

То есть, как бы низменно это ни звучало, любуясь осенним закатом, мы испытываем примерно те же ощущения, что и какой-нибудь тузик, обнюхивающий хорошо описанный фонарный столб: мы получаем поток важной информации, проходящий молниеносную и масштабную автоматическую обработку.

И, кстати, сейчас наше умение отличать спелый банан от недозревшего с большого расстояния, считывая длину исходящих от него электромагнитных волн, тоже можно считать важным для выживания фактором. По крайней мере, дома в тебя никто не будет швыряться неспелыми бананами, вопрошая, зачем на такого, как ты, она потратила лучшие годы своей жизни.

10 интересных фактов о цветах и оттенках в природе

Видимый свет – лишь небольшой участок спектра электромагнитного излучения. Помимо него, в этот спектр входят радио- и микроволны, инфракрасное и ультрафиолетовое излучение, а также рентгеновские и гамма-лучи. И только видимый спектр улавливается нашими глазами, лишь его мы интерпретируем как цвета! В действительности же синий цвет отличается от, например, красного исключительно частотой колебаний электромагнитных волн. В то же время радиоволны имеют слишком малую частоту, чтобы мы могли их увидеть, а гамма-лучи – слишком большую. С основами разобрались. А теперь позвольте представить вашему вниманию любопытные факты о свете и различных цветах и отенках в природе.

Спектр видимого света

По сути, свет – это невидимая энергия, которая путешествует в пространстве с огромной скоростью – 300 тысяч километров в секунду. Чтобы мы смогли его увидеть, свет должен пройти через мельчайшие частички пыли, дыма либо водяного пара (облаков или тумана). Помимо этого, наше зрение может уловить лучи света, если они падают на какой-либо твёрдый предмет (на одежду, стену, дерево или даже Луну), отражаются от него и попадают на нашу сетчатку.

Исаак Ньютон впервые заметил, что при прохождении через призму световой луч преломляется, образуя спектр цветов, которые всегда располагаются в одинаковом порядке: от красного до фиолетового.

Сетчатка нашего глаза состоит из двух типов чувствительных к свету клеток, их называют палочками и колбочками. Палочки ответственны за определение интенсивности и яркости света, в то время как колбочки воспринимают цвет и резкость. Колбочки, в свою очередь, разделяются ещё на три типа. Каждый из них имеет максимальную чувствительность к красному, зелёному или синему участку спектра. Эти цвета считаются основными; а при их сочетании образуются вторичные, такие как жёлтый, голубой или фиолетовый. По аналогичному принципу происходит формирование тысяч других оттенков, которые мы видим ежедневно.

Это интересно: Если представить весь электромагнитный спектр в виде дистанции между Нью-Йорком и Сан-Франциско (примерно 4 тысячи километров), то видимый свет займёт всего 40 метров от этого расстояния. А теперь представьте, как много в мире вещей, которые люди не могут видеть!

Свет и тьма

В конце XVIII века немецкий учёный Иоганн Вольфганг фон Гёте выяснил, что если смотреть через призму на тёмный предмет, расположенный на светлом фоне, то вокруг него будет наблюдаться цветное свечение. Его правая половина представляет собой переходы между белым, жёлтым, красным и чёрным цветами, левая – между синим, голубым, белым и чёрным. При наложении этих двух участков друг на друга формируется перевёрнутый спектр.

Цвет – такой себе контраст между тёмным и светлым. На одной стороне спектра мы наблюдаем тёплые оттенки (жёлтый и красный, которые переходят в чёрный и белый), на другой – наоборот, холодные (голубой и синий, сменяющиеся сначала белым, а затем чёрным).

Вы, наверное, не раз замечали, что опускающееся за горизонт солнце окрашивается в красноватый оттенок, а цвет неба меняется с синего на оранжевый. Эти изменения обусловлены тем, что когда наше светило находится низко над горизонтом, его лучи проходят через более плотные атмосферные слои. Когда яркий свет затемняется, проходя через среду с высокой оптической плотностью, мы воспринимаем его как красный.

Если же смотреть в противоположную сторону, вы заметите, что голубое небо приобретает тёмно-синий или даже фиолетовый цвет. Эти тона по отношению к красному находятся на противоположном конце спектра.

Цветные тени

Если днём смотреть на окно на протяжении нескольких секунд, а затем закрыть глаза, вы ненадолго увидите его негативное изображение – светлую раму и тёмную середину. С другими ярко освещёнными цветными предметами дела обстоят аналогично. У каждого цвета есть свой «негативный» оттенок: у красного – голубой, у зелёного – пурпурный, у синего – жёлтый. Когда вы закрываете глаза, перед ними вместо света «возникает» темнота. Послеобраз изображений, которые вы видели, остаётся, но цвета сменяются противоположными.

Если направить на вазу два разных источника света, находящиеся поблизости друг от друга, она будет отбрасывать две тени. Если один источник будет излучать синий цвет, тень от него будет также казаться синей, а другая – жёлтой. На самом деле, обе тени одинаковые, серые. То, что они нам кажутся разными – следствие оптической иллюзии.

Какой цвет на самом деле имеют предметы?

Видимый нами цвет предметов определяется условиями освещения. Допустим, у вас есть зелёная футболка. По крайней мере, при дневном свете она вам кажется зелёной. Но что будет, если вы, например, попадёте в помещение с красным освещением? Какой цвет будет у неё тогда? Казалось бы, при слиянии красного и зелёного получается жёлтый, но в этом случае необходимо уточнение. Мы имеет красное освещение и зелёный краситель на вашей футболке. Забавно, но зелёный краситель является продуктом смешивания синего пигмента с жёлтым. А они красный цвет не отражают. Поэтому ваша футболка будет казаться чёрной! В неосвещённом помещении вы, посмотрев на неё, также увидите чёрный цвет. В принципе, вся комната будет вам казаться чёрной просто потому, что находящиеся в ней предметы не освещаются.

Перейдём к другому примеру. Для начала попробуйте ответить на вопрос: «Какой цвет на самом деле имеет банан?». Казалось бы, вопроса проще не придумаешь. Но задумайтесь о том, что когда банан освещается белым светом, включающим в себя все цвета видимого нами спектра, вы видите жёлтый просто потому, что он отражается, в то время как все остальные оттенки поглощаются поверхностью фрукта. То есть банан может иметь любой цвет, но точно не жёлтый. Более того, чисто теоретически банан синий, потому что этот цвет является «противоположным» жёлтому!

Трудно осознать, что предметы, по сути, не имеют такой характеристики, как цвет. А всё многообразие оттенков, которые мы наблюдаем – это просто интерпретация электромагнитного излучения нашим мозгом.

Розовый не существует!

Посмотрите на цветовой круг. Вы увидите, что дополнительные цвета в нём чередуются с основными. Более того, любой дополнительный оттенок образуется при смешении соседствующих с ним основных цветов. Жёлтый представляет собой итог слияния красного и зелёного, голубой – это зелёный плюс синий, а розовый – синий плюс красный.

В то же время в радуге розовый цвет отсутствует! А знаете, почему? Дело в том, что его просто не существует в природе! Жёлтый есть, голубой есть, а розового нет, так как красный и синий цвета расположены на противоположных концах видимого нами спектра. Поэтому они не могут пересекаться. Розовый цвет – олицетворение всего того, что мы не можем увидеть в этом мире.

Вантаблэк

Девушки знают, что одежда чёрного цвета помогает им выглядеть более стройными и придаёт их образу элегантность и утончённость. Но слышали ли вы о вантаблэке – субстанции из углеродных нанотрубок, являющейся самым чёрным веществом, известным науке? Возможно, это звучит странно, но вантаблэк почти невозможно увидеть, ведь он поглощает не более 0,035% падающего на него света.

Это интересно: А знаете, как человеческий глаз реагирует на вантаблэк? Благодаря практически полному отсутствию отражённого света, люди воспринимают его не как чрезвычайно чёрный предмет, а как… ничто. Как провал в бездну или, например, в чёрную дыру, как абсолютную двумерную черноту. Да-да, вы даже не поймёте, что перед вами находится трёхмерный предмет!

Английские учёные создали вантаблэк в июле 2014 года. Это вещество имеет множество потенциальных сфер применения. Так, его планируют использовать при создании сверхчувствительных телескопов или самолётов-невидимок. Интересен вантаблэк и скульптору Анишу Капуру, считающему, что это вещество будет смотреться очень эффектно, если его применить в роли краски для изображения бездонного космического пространства.

Люди видят оттенки по-разному

Знаете ли вы, что красное платье вон на той симпатичной девушке может казаться кому-то синим или, например, зелёным? И кто же из них прав?

В мире есть миллионы людей, видящих мир в других красках из-за заболевания, называемого дальтонизмом. Некоторые дальтоники не различают красный цвет, другие – синий или зелёный.

Это интересно: Поразительно, но даже ваша вторая половинка воспринимает этот мир иначе! Дело в том, что у женщин в сетчатке больше клеток, воспринимающих цвета. Поэтому они кажутся им более яркими, чем мужчинам.

Запрещённые цвета

Красный, жёлтый, зелёный и синий цвета в различных сочетаниях помогут описать все остальные оттенки видимого спектра. К примеру, фиолетовый можно назвать красно-синим, салатовый – жёлто-зелёным, оранжевый – красно-жёлтым, а бирюзовый – зелёно-голубым. Но как бы вы назвали красно-зелёный или сине-жёлтый цвет, только не смешанный, а состоящий одновременно из двух тонов, компенсирующих друг друга в наших глазах? Наверное, никак, ведь таких оттенков попросту не существует. Кстати, их ещё называют «запрещёнными».

Как мы воспринимаем цвета? Колбочки в нашей сетчатке различают красный, зелёный и синий тона по длине волн, которые в некоторых случаях могут пересекаться. То есть когда «зелёные» волны накладываются на «красные», человек может видеть или жёлтый, или зелёный, или красный цвет. Всё определяется незначительными различиями в длине волн. Но цвет не бывает одновременно зелёным и красным или, например, синим и жёлтым.

В 1983 году английские учёные Хьюит Крэйн и Томас Пиантанида сделали, казалось бы, невозможное! После сотен неудачных попыток они сумели воссоздать те самые безымянные цвета. Учёные сделали изображения, состоявшие из чередующихся красных и зелёных полос (а также из жёлтых и синих).

Это интересно: Когда участники эксперимента некоторое время смотрели на эти картинки, грани между цветами стирались, а сами они смешивались, образуя новые, ранее неизвестные оттенки, которые просто невозможно описать.

Как в природе видят животные

Наверное, вы не раз слышали, что все собаки – дальтоники. Но это утверждение не совсем верное. В сетчатке человека присутствуют три типа колбочек, а у собак их на один меньше. Поэтому в мире, который они видят, нет места для красного цвета.

Это интересно: Кальмары вообще имеют один тип колбочек и видят лишь оттенки синего. Змеи плохо воспринимают цвета, которые видим мы. Зато они отлично видят в недоступном нам инфракрасном диапазоне. Пчёлы различают оттенки синего и жёлтого, а также цвета ультрафиолетового диапазона. Но самыми удивительными созданиями следует признать бабочек. У некоторых видов присутствуют пять типов цветовых рецепторов: три таких же, как у нас, плюс ещё два дополнительных. Поэтому бабочки могут видеть широчайший диапазон цветов, не воспринимаемых людьми!

Человеческое тело излучает свет

Учёные из университета Киото выяснили, что люди излучают свет. Правда, он в 1000 раз менее мощный, нежели тот, который мы можем увидеть невооружённым глазом. Они объясняют это наличием побочных продуктов нашего обмена вещества – свободных радикалов, излучающих энергию. Также исследователи сделали вывод, что пик человеческого свечения приходится примерно в 16-00.

Даже люди с очень богатым воображением не могут представить себе какие-то «несуществующие» цвета. А их невероятно много, ведь мы видим лишь одну стотысячную часть спектра. Надеемся, теперь вам будет о чём поразмышлять перед сном!

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector