Море на сотни миль - Дневник садовода
5 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Море на сотни миль

Знаки препинания в предложениях с вводными словами

Этот видеоурок доступен по абонементу

У вас уже есть абонемент? Войти

Цель урока – рассмотреть случаи употребления вводных слов (и сочетаний) в предложении и их обособление.

Вводные слова, сочетания и предложения (вводные конструкции) при произнесении выделяются интонацией. Вводные слова на письме обособляются на письме запятыми , реже – тире, скобками .

И скоро ль , на радость соседей-врагов , могильной засыплюсь землёю?

Вводные конструкции выражают чувства

Героиней этого романа , само собой разумеется , была Маша.

Вводные конструкции выражают степень уверенности

Я , как уже сказано , никогда не отличался красноречием.

Вводные конструкции указывают на источник сообщения

Впрочем , он был в душе добрый человек.

Вводные конструкции указывают на связь мыслей

Нрава Татьяна была скромного или , лучше сказать , запуганного.

Вводные конструкции указывают на способ оформления мыслей

Струсил ты , признайся , когда молодцы мои накинули тебе верёвку на шею?

Вы уж , пожалуйста , не выдавайте меня.

Вводные конструкции выражают призыв к собеседнику с целью привлечь его внимание

Не путайте водные слова с членами предложения.

Отличие вводных слов от членов предложения.

Кажется , шепчут колосья друг другу.

Мир кажется мне книгой бесконечной.

За тем лесом , видно , озеро.(= наверное, находится)

За тем лесом видно озеро.

Дождь, казалось , зарядил надолго.

Море на сотни миль вокруг казалось пустынным .

Бесспорно , ты прав.

Ваше право на отпуск бесспорно .

Цех, возможно , уже реорганизован.

Цех возможно реорганизовать .

Он, точно , немного странен.

Ваше решение задачи абсолютно точно .

Прежде всего , нужно ли говорить именно об этом? (указывается связь мыслей).

Прежде всего нужно говорить именно об этом («сначала»).

Он, безусловно , прав (вводное слово; указывается на уверенность в его правоте).

Он безусловно прав (обстоятельство; указывается степень его правоты).

Ваши рассуждения, естественно , подводят нас к правильному решению («разумеется»).

Ваши рассуждения естественно подводят нас к правильному решению (естественным образом).

Далее , слово берет председатель собрания (последовательность изложения мыслей).

Далее слово берет председатель собрания («затем»; последовательность фактов).

Подобные статьи, вообще , представляют интерес, но конкретно эта вряд ли подойдет для нашего журнала (в значении «вообще говоря»).

Разжигать костры он вообще запрещал. (в значении «всегда», «совсем, при всех условиях»).

Вообще здесь мне нравится, и комнату эту я сниму (в значении «в общем», «а целом»).

Актер, в конце концов , мало подготовлен для такой ответственной роли.

В конце концов они [офицеры] взяли сторону командира.

Солнечные пятна были на полу, потом перешли на прилавок, на стену и совсем исчезли; значит , солнце уже склонилось за полдень (А. Чехов).( оно синонимично словам «следовательно», «стало быть»)

Человек значит неизмеримо больше , чем принято думать о нем. (Н. Гоголь) (близко по смыслу к «означает»).

Бороться – значит победить (между подлежащим и сказуемым, выраженными неопределенной формой глагола, требуется тире).

И, потом , он в моих глазах знаменитость («кроме того»).

И потом он стал знаменитым («затем, после этого»).

Вы, верно , переведены сюда из России?

Вы верно перевели этот отрывок?

После обхода больных врач, может быть , у себя в кабинете («возможно»).

После обхода больных врач может быть у себя в кабинете («может находиться»).

Нужно исправить и, главным образом , дополнить свежим материалом (в значении «самое главное»).

Он добился успеха главным образом благодаря своему трудолюбию («преимущественно», «в основном», «больше всего»).

Правда

Правда , хорошо, что он приехал? (правда – вводное слово в значении «не правда ли?»).

Правда , на дискуссию у него ушло много сил, но зато молодежь многому научилась (Н. Островский)

(правда вводное слово в функции уступительного союза).

Мужики не были убеждены, что сараи теперь и правда стали не их (правда – частица в значении «действительно»).

Знаешь

Он, знаешь , человек обязательный (вводное слово).

А нам за это знаешь что будет? Потом зимы были знаешь какие! Я нашел на столе знаете что? (знаешь, знаете в значении экспрессивно-усилительной частицы).

Наконец

Да уходите же, наконец ! (А. Чехов).

В значении же «под конец», «напоследок», «после всего», «в результате всего» слово наконец не является вводным, например:

Мы поднимались все выше и выше и наконец достигли вершины горы. Быстро ушли все наличные деньги, бриллианты жены, наконец и большая часть приданого дочери (Н. Гоголь).

Пожалуйста

Передайте, пожалуйста , эту рукопись редактору (пожалуйста – вводное слово = «прошу вас»).

Скажи пожалуйста, какой храбрец! (цельное сочетание скажи пожалуйста при выражении удивления, возмущения, негодования).

Вечером пожалуйста, а днем прийти не могу (пожалуйста – частица для выражения согласия, в значении «да»).

Однако

Смотри, однако , будь осторожна. Сколько хлопот, однако (вводное слово однако обособляется, если стоит в середине или в конце предложения).

Мы не надеялись встретиться, однако встретились (слово однако не является вводным, если стоит в начале предложения (части сложного предложения) или связывает однородные члены (в этих случаях имеет значение противительного союза но).

Исключение составляют те случаи, когда слово однако в начале предложения имеет значение междометия и на этом основании отделяется запятой: Однако , какой ветер! (А. Чехов).

Если вводное слово стоит в начале или в конце обособленного оборота, то между ними запятая не ставится:

Ребёнок, / очевидно испугавшись посторонних/, бросился к матери.

Сравните: Ребёнок,/ испугавшись , очевидно , посторонних/, бросился к матери.

На этом основании слова например, в частности, главным образом и др., стоящие в начале уточняющего или присоединительного оборота, выделяются запятыми вместе со всем оборотом, т. е. после них никакого знака не ставится.

При встрече двух вводных слов запятая между ними ставится:

Дождь, однако же , кажется , зарядил надолго.

Стало быть , по-вашему , физическим трудом должны заниматься все без исключения?

Вводные слова отделяются от предшествующего сочинительного союза, если вводное слово можно опустить или переставить в другое место предложения без нарушения его структуры

(и и но):

Терентий пробавлялся мелкой слесарной работой; но, во-первых , работы было

мало, и , во-вторых , много времени отнимали неотложные дела.

Если же изъятие или перестановка вводного слова невозможны, то запятая после союза не ставится ( и, но и а):

Несчастье нисколько его не изменило, а напротив , он стал еще крепче и энергичнее.

Не являются вводными и не выделяются запятыми слова и словосочетания:

авось, буквально, будто, вдобавок, в довершение, вдруг, ведь, в конечном счете, вот, вряд ли, все-таки, даже, едва ли, исключительно, именно, как будто, как бы, как раз, к тому же, между тем, небось, по предложению, по постановлению, по решению, приблизительно, примерно, притом, почти, поэтому, просто, решительно, словно, якобы и др.

Если во вводной конструкции пропущено слово, то вместо одной запятой обычно ставится тире:

С одной стороны , сочинение интересно по своему содержанию, с другой – оно страдает неровностью изложения.

Список литературы

  1. Розенталь Д.Э., Джанджакова Е.В., Кабанова Н.П. Справочник по правописанию, произношению, литературному редактированию. – М.: ЧеРо, 1999 (Источник).
  2. Вводные конструкции (собрание материала) (Источник).

Дополнительные рекомендованные ссылки на ресурсы сети Интернет

  1. Полный академический справочник под редакцией В.В. Лопатина (Источник).
  2. Презентация «Вводные слова, сочетания и предложения» (Источник).

Домашнее задание

1. Прочитайте текст, определите роль вводных слов, запишите, раскрывая скобки, вставляя пропущенные буквы и знаки препинания.

В текстах какого стиля чаще всего используются слова во-первых, во-вторых, итак, следовательно, таким образом, значит и т. д. как средство связи между предложениями и абзацами?

Поэзия обладает одним удивительным свойством. Она возвращает слову его первон..чальную свежесть.

Я предпол..гаю что слово оживает в двух случаях. (Во)первых когда ему возвращают его фонетическую (звуковую) силу.

(Во)вторых даже стёртое слово поставленное в стихах в мелодический музыкальный ряд как(бы) насыщается общей мелодией стиха.

И (на)конец поэзия богата аллитерациями. (К. Паустовский)

2. Спишите, вставляя в предложения вводные слова и словосочетания.

Выразите мысли с уверенностью.

  1. Внимательное чтение повышает грамотность.
  2. Физкультура укрепляет здоровье.
  3. Чтобы заниматься спортом, необходимо предварительно посоветоваться с врачом.
  4. Утреннюю зарядку нужно проводить ежедневно.
  5. Все наши спортсмены примут участие в кроссе.

3. Выразите мысли как предположение.

  1. Солнечные дни установились надолго.
  2. Река вскроется рано.
  3. Весна будет тёплая и сухая.
  4. Черёмуха в полном цвету и скоро зацветёт сирень.
  5. На юге уже начался купальный сезон.

Если вы нашли ошибку или неработающую ссылку, пожалуйста, сообщите нам – сделайте свой вклад в развитие проекта.

Море на сотни миль

КИНО — ТЕЛЕВИДЕНИЕ — РЕКЛАМА

Учебное пособие Г.М. Фрумкин

Рекомендовано Учебно-методическим объединением по образованию в области коммерции, маркетинга и рекламы в качестве учебного пособия для студентов, обучающихся по специальности 350700 — реклама

Академической Проект 2008

профессор, доктор исторических наук, декан факультета рекламы Московского гуманитарного университета, заслуженный работник культуры РФ Бородой А.Д.; доктор искусствоведения, ведущий научный сотрудник НИИ киноискусства Министерства культуры РФ Листов B.C.

© Фрумкин Г.М., 2007 © Оригинал-макет, оформление. Академический Проект, 2008

Сценарное мастерство : кино—телевидение — реклама : учебное пособие / Г.М. Фрумкин. — 3-е изд.— М. : Академический Проект, 2008.— 224 с. —(Gaudeamus).

Книга Г.М. Фрумкина— телевизионного сценариста, заслуженного работника культуры РФ — адресована будущим создателям фильмов, телевизионных передач, рекламных роликов. Ее цель — помочь начинающим сценаристам, прежде всего творческой молодежи, приобрести первоначальные профессиональные знания и навыки.

В учебном пособии подробно рассматриваются такие общие для всех видов и жанров экранной драматургии понятия, как форма записи сценария, его композиция и структура, стилистика и образная форма, особенности закадрового текста и многое другое. Помимо прочего автор подробно рассказывает об особенностях работы над сценариями рекламных сюжетов, об основных элементах их композиции и структуры, о специфике политической рекламы.

Известно, что создание фильма, телевизионной передачи, рекламного ролика начинается с сочинения сценария. Когда на экране появляются неудачный фильм, передача, рекламный сюжет, чаще всего это объясняется тем, что неудачной была их литературная основа — сценарий. Качество любого экранного зрелища напрямую зависит от качества сценария.

Но что такое сценарий, из каких элементов он состоит, что важно в работе над ним и чем можно пренебречь?

Для того чтобы ответить на эти вопросы, будущие создатели фильмов, телепередач, рекламных роликов должны приобрести хотя бы начальные навыки профессиональной работы над сценариями. Им нужно усвоить такие общие для всех видов и жанров экранной драматургии понятия, как композиция и структура, стилистика, образная система сценария, специфика закадрового текста и т. д. Нужно сделать первые шаги к постижению сути замечательного вида литературного творчества — сочинению сценариев. Это нелегко, но возможно.

Мне очень близка мысль, высказанная некогда М.И. Роммом: «Картину решает драматургия. Все важно: важна работа с актером, важна режиссерская изобретательность, тонкость его работы, выразительность, темперамент, умение обращаться с массовкой, важен монтаж, изобразительное решение, важны все компоненты кинематографа, которые формируют зрелище, но фундаментом картины является сценарий, он решает успех дела. Он определяет идейный и художественный результат».

Да, в любом случае определяющим фактором является талант сценариста. Но, думается, знание общих законов драматургии театра и кино может только способствовать росту таланта — раскрепощению воображения, — умению сочинять сценарии.

Кстати, Л.Н. Толстой дал такое определение таланта: «Талантом я называю способность: в словесном искусстве — легко выражать свои мысли и впечатления и подмечать и запоминать характерные подробности».

Сочинение сценариев — даже рекламных, — несомненно, искусство словесное. А способность «выражать свои мысли. подмечать и запоминать характерные подробности» можно развивать, причем для творческого работника это процесс постоянный и необходимый и, конечно же, в большой степени зависящий от приобретения новых знаний.

По поводу телевизионной рекламы, захватившей телеэфир, необходимо сказать следующее. В современной литературе, посвященной маркетингу и рекламе, сценарии телевизионных рекламных сюжетов рассматриваются лишь в свете их функциональной связи с психологией и ценностными ориентациями потенциальных потребителей рекламируемых товаров и услуг. Точно так же исследуются проблемы рекламы политической, социальной, экологической и т. п. «За кадром» остается весьма существенный вопрос: какими творческими законами и правилами должен руководствоваться сценарист («копирайтер», «режиссер») в процессе работы над сценарием рекламного произведения? Проще говоря, как пишутся, как сочиняются такие сценарии? Ведь в этом деле кроме проблем маркетинга, социальной психологии, социологии и других специальных дисциплин, немаловажных в рекламном бизнесе, существуют еще проблемы чисто творческие, эстетические, без знания которых нельзя добиться весомых результатов. Будущие сценаристы должны усвоить эти знания, тогда и своеобразные черты сценариев рекламных произведений не будут им казаться непостижимыми (или, наоборот, слишком уж доступными!). Потому что с творческой точки зрения подход к созданию сценария большого телефильма и сценария рекламного ролика в принципе один и тот же.

. Не лишним, наверное, будет заметить, что, как показывает практика, молодой человек, умеющий сочинять сценарии, легко адаптируется в любом из средств массовой информации.

Надеюсь, что эта книга поможет молодому читателю сделать первые шаги в сценарном творчестве.

. Вы написали сценарий и принесли его руководству студии. Вам «повезло»: сценарий понравился, решено его реализовать. Издан приказ о запуске вашей будущей передачи (в данном случае не имеет значения — о передаче, телефильме или рекламном «ролике» идет речь, имеется в виду любое воспроизводимое на экране — экранное — зрелище). Но вы еще не думаете о том, скольким людям вы задали работу, сколько специалистов самых разных профессий необходимо, чтобы ваша передача или телефильм были показаны зрителям.

Во-первых, это режиссер, которому, будем надеяться, тоже понравится ваш сценарий, иначе он просто не возьмется за работу (если он, конечно, «настоящий» режиссер, творческая личность). Он должен будет обсудить с вами сценарий, разобрать каждый эпизод, каждую сцену, если нужно — потребовать от вас, сценариста, чтобы вы что-то дописали или переделали, или уточнили. А затем ему предстоит разработать свой, режиссерский сценарий, руководить съемками и монтажом отснятого материала, решить с вами проблемы закадрового текста, с музыкальным редактором (или композитором) найти соответствующие музыку и шумы и провести озвучивание. Режиссер с того момента, как стал работать над вашим сценарием, — это главный человек до конца всего процесса создания телепроизведения. В сложных по исполнению передачах ему помогают один или несколько ассистентов.

Во-вторых, это оператор. От того, как он снимет то, что было описано в сценарии словами, зависит очень многое, если не все. Содружество режиссера и оператора, их взаимопонимание, можно сказать, гарантия успешного воплощения авторского и режиссерского замысла.

Если оператор снимает видеокамерой, с ним обязательно работает видеоинженер — специалист, отвечающий за исправное состояние камеры. Если съемки ведутся кинокамерой, то, как правило, в них участвуют также и ассистент оператора, и супертехник, следящий за исправностью и надежностью работы кинокамеры.

Кроме того, на съемках, как правило, необходим звукооператор. Правда, когда снимают видеокамерой, роль звукооператора иногда выполняет видеоинженер. Но без звукооператора не обойтись, если надо снимать какие-либо музыкальные номера, или сцены из спектаклей, или, скажем, записывать разговоры с героями передачи без видимого в кадре микрофона и т. д.

Читать онлайн «Узнавание» автора Богат Евгений — RuLit — Страница 18

Паустовский писал «Ночной дилижанс» в тусклые зимние дни, в небольшом старом доме на берегу северного моря. Сейчас там построили двенадцатиэтажный комфортабельный отель, и рядом с ним почти не виден закрытый от мира соснами дом, где вечерами уставший писатель беседовал с Андерсеном о путешествиях и любви.

Порой он гасил лампу, показывал Андерсену черные вершины балтийских сосен и они подолгу молчали. И молчать с Андерсеном было легко.

А ночью он опять писал:

«В доме пусто, я один, рядом море на сотни миль, за дюнами обширные болота и низкие леса. Никого нет около…»

В этом «Я один» — «Я не один» тайна писательства, могущество воображения. Стоит захотеть, и к тебе войдет Пушкин. Или Стендаль возьмет тебя за руку и поведет по Парижу. Или ты ощутишь желание выйти в ночь не навстречу соснам и дюнам, а навстречу тысячам людей, которые в больших и малых городах именно в этот полуночный час ждут от тебя какой-то необыкновенной истории. Они ждут от тебя истории, одновременно и печальной и веселой, которая откроет им с новой силой, что в жизни есть нечто совершенно бесценное. И будут они весь день потом работать и жить с особым состоянием души, с тем состоянием, из которого рождаются и книги, и добрые дела, и любовь, и все хорошее в мире.

В этом состоянии люди великодушны. Потому что самая большая ценность воображения в том, что оно помогает нам понять, ощутить чужую боль как собственную и никогда не вызывать ее. Для человека с воображением нет чужой боли.

«Тени твои живут и исчезают», — утверждает, обращаясь к человеку, восточная мудрость. Я думал об этом, читая повесть французского социолога Жоржа Перека «Вещи». Это история двух молодых людей — Сильвии и Жерома, — обреченно барахтающихся в океане вещей, умирающих от жажды их обладания. Ковры, автомашины, шкафы, хрусталь, шотландские пледы, медные подсвечники, твидовые куртки, магнитофонные ленты, кожаные портьеры, драгоценные пепельницы, шелковые панно с изображением павлинов и листвы. Они это видят, обмирая, иногда покупают, чаще страдают оттого, что не могут купить, надеются и тоскуют. Широкие, обитые черной кожей диваны, дорогие гравюры, стекло, отделанное серебром, рестораны, американские рубашки, ножи с костяными ручками, автострады.

Вещи! Камины, галстуки, кресла, витрины портных, шляпниц, сапожников, антикварные магазины, медь, дерево, шелк…

Бесконечное перечисление этих имен существительных не утомляет, как утомило бы в рекламных изданиях; оно потрясает, в нем динамика распада двух человеческих душ… Вазы, тонкое белье, туфли из плетеной кожи необыкновенной легкости, дорогие зеркала…

Когда я читал книгу, мне казалось, что вещи заполнили комнату и ворочаются, ломая острые ребра, вдавливая меня в стену широкими мертвыми плоскостями.

Кто-то из современных западных философов назвал окружающие нас рукотворные подробности мира — от электронных быстродействующих машин до самопишущих ручек — символами человека. Ему, видимо, казалось, что эта возвышенная формула поможет людям одолеть отчуждение, ощутить родственные чувства к сегодняшнему ошеломляюще разнообразному вещному миру, устранит страх и уменьшит соблазн. Раз символы человека, то есть в них что-то человеческое. Но в реальном мире это не более чем игра слов. Истину выразил Маркс, когда писал, что может относиться «к вещи по-человечески только тогда, когда вещь по-человечески относится к человеку».

Возможно ли это в мире частной собственности? Исследование Перека содержит ответ емкий и точный. Не символы, а тени — в том одновременно и фантастическом и реальном понимании, которое заключает в себе печальная метаморфоза, изображенная Андерсеном в одной из его волшебных историй. Пока тень послушно лежала у ног человека, он, естественно, ее не замечал, но вот удалось ей оторваться от хозяина; он ощутил легкую тревогу, когда выглянуло солнце и оказалось, что земля вокруг него одинаково ярко освещена, потом успокоился, а тень стала жить сама по себе, набиралась сил; и через несколько месяцев, когда герой вернулся из путешествия домой, вошла в цилиндре и сюртуке с дорогой палкой к бывшему хозяину, удобно уселась в его кабинете, закинула ногу за ногу и потребовала, чтобы он обращался к ней на «вы» и покорно исполнял ее капризы.

Молодые герои Жоржа Перека к вещам обращаются на «вы». А вот вещи говорят им «ты». В этом и объяснение нравственной гибели Сильвии и Жерома, так же как и гибели физической героя Андерсена, покорившегося тени: он умирает в сумасшедшем доме. Будь наоборот, если бы они обращались к вещам на «ты», выслушивая в ответ естественно-почтительное «вы», ничего дурного не случилось бы с ними, окружай их не океан, а целая галактика автомашин, фильмов, пепельниц и рубашек.

«Тени твои живут и исчезают, — это изречение восточной мудрости любил Лев Толстой. — То же, что в тебе вечно, не исчезнет никогда».

Жизнь героев Перека основана, казалось бы, на том, что зримо, осязаемо, вещно, устойчиво, а поражает ее неопределенность, ненадежность. Человеческие отношения и сама действительность зыбки, даже иллюзорны. Не потому ли, что жизнь строится лишь на том, что можно осязать только руками, а не на том, что осязаемо сердцем?

Когда в Эрмитаже из зала «малых голландцев», с очаровательной достоверностью живописавших мимолетности жизни — пирушки, веселые концерты, утехи любви, — выходишь в торжественно сумрачный, самосветящийся зал Рембрандта, кажется, что вернулся домой: поначалу испытываешь то же, что разбитый дорогами, несчастный библейский малый на темном исполинском полотне, который упал на колени, чтобы полновеснее ощутить тяжесть милосердных отеческих рук[4].

В силу этого первого ощущения, может быть, и замечаешь в этом зале руки раньше, чем лица.

Беспомощные, пухлые, детские руки Саскии, женственно-раскрытую ладонью к любимому, чуткую, как оленье ухо, руку Данаи и, разумеется, эти вытоптанные жизнью, сомкнутые на коленях, чтобы было теплее, эти мирные, ремесленно-натруженные руки старика в красном. Они отдыхают уже триста лет, но, отдыхая, они размышляют и, должно быть, именно поэтому все еще наморщены и тяжки.

Но вот, оторвавшись от рук, обращаешься к лицу, будто бы не видящему тебя, и с болью изумления осознаешь, что стоит тебе лишь захотеть — и оно увидит.

Ты будешь говорить с этим старым и мудрым человеком о том великом и малом, из чего соткана твоя жизнь. Он поймет. Трагедию Хиросимы. Радость утренней удачной строки. Раздумья после фильмов Бергмана или Антониони…

(Торжественно летящие над лентой шоссе космически могущественные кроны в «Земляничной поляне» Бергмана напомнят, если на миг остановить бег кинокамеры, слитно покоящиеся в вечереющем воздухе красивые деревья на печальных картинах Ватто; хотя и несравненно менее динамично, они тоже выявляют трагическую непрочность человеческих отношений.)

Старик жил в Амстердаме середины XVII века — туманном городе узких улиц и темных каналов, с уютным запахом торфа, который томительно тлел в каминах, тихими домашними радостями, увековеченными «малыми голландцами», и часто потаенным для современников, как и в остальные века, героизмом ума и сердца. Может, с этим стариком беседовал Спиноза?

А почему бы и нет? Ведь он, одиноко гуляя вечерами, любил заговаривать с нищими, ремесленниками, бездомными стариками.

О чем же могли говорить он и старик в красном?

О! О чем угодно. О шлифовке стекол или вязке морских канатов. О том, что в туманные, ветреные вечера иногда горлом идет кровь. О радостном разнообразии ручного труда, когда при поверхностной похожести вещей каждый раз рождается что-то новое, и это освежает руки и голову.

А может быть, они говорили о боге, о веротерпимости? Или о том, в которой из лавок торгуют хорошим трубочным табаком…

Речь идет о картине Рембрандта «Возвращение блудного сына».

Идущий к реке

Я в своем познании настолько преисполнился, что я как будто бы уже

сто триллионов миллиардов лет проживаю на триллионах и

триллионах таких же планет, как эта Земля, мне этот мир абсолютно

понятен, и я здесь ищу только одного — покоя, умиротворения и

вот этой гармонии, от слияния с бесконечно вечным, от созерцания

великого фрактального подобия и от вот этого замечательного всеединства

существа, бесконечно вечного, куда ни посмотри, хоть вглубь — бесконечно

малое, хоть ввысь — бесконечное большое, понимаешь? А ты мне опять со

своим вот этим, иди суетись дальше, это твоё распределение, это

твой путь и твой горизонт познания и ощущения твоей природы, он

несоизмеримо мелок по сравнению с моим, понимаешь? Я как будто бы уже

давно глубокий старец, бессмертный, ну или там уже почти бессмертный,

который на этой планете от её самого зарождения, ещё когда только Солнце

только-только сформировалось как звезда, и вот это газопылевое облако,

вот, после взрыва, Солнца, когда оно вспыхнуло, как звезда, начало

формировать вот эти коацерваты, планеты, понимаешь, я на этой Земле уже

как будто почти пять миллиардов лет живу и знаю её вдоль и поперёк

этот весь мир, а ты мне какие-то. мне не важно на твои тачки, на твои

яхты, на твои квартиры, там, на твоё благо. Я был на этой

планете бесконечным множеством, и круче Цезаря, и круче Гитлера, и круче

всех великих, понимаешь, был, а где-то был конченым говном, ещё хуже,

чем здесь. Я множество этих состояний чувствую. Где-то я был больше

подобен растению, где-то я больше был подобен птице, там, червю, где-то

был просто сгусток камня, это всё есть душа, понимаешь? Она имеет грани

подобия совершенно многообразные, бесконечное множество. Но тебе этого

не понять, поэтому ты езжай себе , мы в этом мире как бы живем

разными ощущениями и разными стремлениями, соответственно, разное наше и

место, разное и наше распределение. Тебе я желаю все самые крутые тачки

чтоб были у тебя, и все самые лучше самки, если мало идей, обращайся ко мне, я тебе на каждую твою идею предложу сотню триллионов, как всё делать. Ну а я всё, я иду как глубокий старец,узревший вечное, прикоснувшийся к Божественному, сам стал богоподобен и устремлен в это бесконечное, и который в умиротворении, покое, гармонии, благодати, в этом сокровенном блаженстве пребывает, вовлеченный во всё и во вся, понимаешь, вот и всё, в этом наша разница. Так что я иду любоваться мирозданием, а ты идёшь преисполняться в ГРАНЯХ каких-то, вот и вся разница, понимаешь, ты не зришь это вечное бесконечное, оно тебе не нужно. Ну зато ты, так сказать, более активен, как вот этот дятел долбящий, или муравей, который очень активен в своей стезе, поэтому давай, наши пути здесь, конечно, имеют грани подобия, потому что всё едино, но я-то тебя прекрасно понимаю, а вот ты меня — вряд ли, потому что я как бы тебя в себе содержу, всю твою природу, она составляет одну маленькую там песчиночку, от того что есть во мне, вот и всё, поэтому давай, ступай, езжай, а я пошел наслаждаться прекрасным осенним закатом на берегу теплой южной реки. Всё, ступай, и я пойду.

Если вы отправите СМС на номер 4343 (оплата согласно вашему текущему тарифу) то получите доступ к полной версии текста:

Блять, да мне похуй на тебя, блять, слушай, какая у тебя там тачка, блять, квартиры, срачки там блять, яхты, всё, мне похуй, хоть там «Бэнтли», хоть блять нахуй «Майбах», хоть «Роллс-Ройс», хоть «Бугатти» блять, хоть стометровая яхта, мне на это насрать, понимаешь? Сколько ты там, кого ебешь, каких баб, каких значит вот этих самок шикарных или атласных, блять в космос ты летишь, мне на это насрать, понимаешь? Я, блять, в своем познании настолько преисполнился, что я как будто бы уже сто триллионов миллиардов лет, блять, проживаю на триллионах и триллионах таких же планет, как эта Земля, мне этот мир абсолютно понятен, и я здесь ищу только одного, блять, — покоя, умиротворения и вот этой гармонии, от слияния с бесконечно вечным, от созерцания великого фрактального подобия и от вот этого замечательного всеединства существа, бесконечно вечного, куда ни посмотри, хоть вглубь — бесконечно малое, хоть ввысь — бесконечное большое, понимаешь? А ты мне опять со своим вот этим блять, иди суетись дальше, это твоё распределение, это твой путь и твой горизонт познания и ощущения твоей природы, он несоизмеримо мелок по сравнению с моим, понимаешь? Я как будто бы уже давно глубокий старец, бессмертный, ну или там уже почти бессмертный, который на этой планете от её самого зарождения, ещё когда только Солнце только-только сформировалось как звезда, и вот это газопылевое облако, вот, после взрыва, Солнца, когда оно вспыхнуло, как звезда, начало формировать вот эти коацерваты, планеты, понимаешь, я на этой Земле уже как будто почти пять миллиардов лет блять живу и знаю её вдоль и поперёк этот весь мир, а ты мне какие-то. мне похуй на твои тачки, на твои блять нахуй яхты, на твои квартиры, там, на твоё благо. Я был на этой планете бесконечным множеством, и круче Цезаря, и круче Гитлера, и круче всех великих, понимаешь, был, а где-то был конченым говном, ещё хуже, чем здесь. Я множество этих состояний чувствую. Где-то я был больше подобен растению, где-то я больше был подобен птице, там, червю, где-то был просто сгусток камня, это всё есть душа, понимаешь? Она имеет грани подобия совершенно многообразные, бесконечное множество. Но тебе этого не понять, поэтому ты езжай себе блять, мы в этом мире как бы живем разными ощущениями и разными стремлениями, соответственно, разное наше и место, разное и наше распределение. Тебе я желаю все самые крутые тачки чтоб были у тебя, и все самые лучше самки чтобы раздвигали ноги перед тобой, чтобы раздвигали перед тобой щели, на шиворот-навыворот, блять, перед тобой, как ковёр, это самое, раскрывали, растлевали, растлали, и ты их чтобы ебал до посинения, докрасна, вон, как Солнце закатное, и чтоб на лучших яхтах, и на самолётах летал, и кончал прямо с иллюминатора, и делал всё, что только в голову могло прийти и не прийти, если мало идей, обращайся ко мне, я тебе на каждую твою идею предложу сотню триллионов, как всё делать. Ну а я всё, я иду как глубокий старец, узревший вечное, прикоснувшийся к Божественному, сам стал богоподобен и устремлен в это бесконечное, и который в умиротворении, покое, гармонии, благодати, в этом сокровенном блаженстве пребывает, вовлеченный во всё и во вся, понимаешь, вот и всё, в этом наша разница. Так что я иду любоваться мирозданием, а ты идёшь преисполняться в ГРАНЯХ каких-то, вот и вся разница, понимаешь, ты не зришь это вечное бесконечное, оно тебе не нужно. Ну зато ты, так сказать, более активен, как вот этот дятел долбящий, или муравей, который очень активен в своей стезе, поэтому давай, наши пути здесь, конечно, имеют грани подобия, потому что всё едино, но я-то тебя прекрасно понимаю, а вот ты меня — вряд ли, потому что я как бы тебя в себе содержу, всю твою природу, она составляет одну маленькую там песчиночку, от того что есть во мне, вот и всё, поэтому давай, ступай, езжай, а я пошел наслаждаться нахуй блять прекрасным осенним закатом на берегу теплой южной реки. Всё, пиздуй-бороздуй, и я попиздил, нахуй.

Я в шоке с того, кто так постарался!

Если на сон грядущий ежедневно читать эту мантру можно постичь дзен. Ну или в дурку попасть.

Интересно, сколько нас таких

Мне в этом варианте больше понравилось(без матов, только *лять):

Тире в неполном предложении — ТИРЕ В ПРОСТОМ ПРЕДЛОЖЕНИИ — РУССКИЙ ЯЗЫК — Учебно-практический справочник

1. Тире ставится, если в неполных предложениях отсутствует сказуемое, подлежащее или дополнение, и в произношении их отсутствие отмечается паузой. Как правило, это бывает при параллелизме частей сложного предложения, когда пропущенный член второго предложения восстанавливается из контекста первого:

И вот, пока в одной волости ещё только подготовляют поля под посев, в другой — рис уже сжали, в третьей — хлеб стоит на корню. (А. Краснов)

Точно так же мы знаем, что белка есть основная кормовая база соболя, антилопа — льва, мышь — лисицы, совы, хорька, ласки и горностая, лемминг — песца, тюлень — белого медведя. (В. Солоухин)

На руках у него были чёрные перчатки, на груди — огненно-красный галстук, под мышкой — древний, помятый, порыжевший портфель, а в ногах у него на полу лежал небольшой новый ручной саквояж жёлтой английской кожи. (А. Куприн)

Его многие называли Иваном Иванычем, другие — Иваном Васильичем, третьи — Иваном Михайлычем. (И. Гончаров)

2. Тире ставится при наличии паузы на месте невыраженного сказуемого в эллиптических предложениях, то есть в предложениях, в которых невыраженное сказуемое не восстанавливается из контекста, но требуется для раскрытия смысла предложения и домысливается:

Близко Троица, а там, через неделю — ярмарка. (Б. Зайцев)

За дальним курганом — красное, усталое, осоловелое солнце, скорбное и измученное после буйно палящего, не знавшего отдыха дня. (А. Серафимович)

Прямо перед Дмитрием Андреевичем — заросший кустарником пологий берег, выше млеют на солнце красавицы сосны и ели. (В. Козлов)

В неполных эллиптических предложениях тире не ставится, если отсутствует пауза на месте пропуска члена предложения. Обычно это бывает в небольших по объёму предложениях в случае препозиции подлежащего:

Воздух был неподвижен, вода тоже.

Упражнение 1. Найдите неполные предложения, расставьте недостающие знаки препинания.

1. По одну сторону прорыва, скрестив руки, в женском малиновом берете фигурант с голубыми глазами и маленькими чёрными усиками над загнутыми в мефистофельскую улыбку тонкими, змеистыми губами. По другую стоял начальник, и каждый знал, что начальник сейчас за правду стоит и ни одной минуты не поколеблется. (М. Пришвин) 2. В одной руке он держал удочку, а в другой кукан с рыбёшкой. (В. Солоухин) 3. Вот этот сок нужен липе, тот ландышу, тот сосне, а тот папоротнику или дикой малине. (А. Куприн) 4. Локотки её делались всё острее, пальцы тоньше. (К. Федин) 5. Вдруг дверь каморки быстро распахнулась, и вся челядь тотчас кубарем скатилась с лестницы. Гаврила прежде всех. (И. Тургенев) 6. Конечно, ястреб убивает и ест перепёлку, а перепёлка жука, но, в конечном счёте, благоденствуют под земным солнцем и ястребы, и перепёлки, и жуки, благоденствуют тысячи и тысячи лет. (В. Солоухин) 7. Первый был Борис Павлович Райский, второй Иван Иванович Аянов. (И. Гончаров) 8. Представь себе: зажиточный посёлок, мирный, благообразный, а кругом заповедные леса, глушь и тишина неописуемая. (И. Бунин) 9. В бесконечных горных лесах, в ущельях, в низинах и долинах, на плоскогорьях и по хребтам всякой птицы, всякого зверя, даже такого, которого уже нигде не сыщешь во всём свете. (А. Серафимович) 10. А над всем изнеможенно звенящий, неумирающий зной. (А. Серафимович) 11. Около каждого дома по улицам Герата сточные ямы больших и малых размеров, в которых собираются нечистоты. (Н. Вавилов) 12. В первом этаже помещаются животные, во втором люди. (Я. Вавилов) 13. Во всяком случае, путешествуя по Сирии и Палестине, а позднее по Тунису и Марокко, нелегко было ощутить древнюю высокую арабскую культуру, создавшую бессмертных географов, арабское искусство, мавританский стиль. (Я. Вавилов) 14. Белой замазкой замазывали окна в актовом зале и в директорской квартире, а жёлтой в классах, в коридорах, в «надзирательской», там, где переплёты окон были не белые, а жёлтые, вернее, коричневые. (В. Катаев) 15. Из передней одна дверь вела прямо в уютную небольшую залу, другая в три совершенно отдельных комнаты и третья в тёмный коридор. (Д. Мамин-Сибиряк) 16. Навязчивая идея Хионии Алексеевны была создать из своей гостиной великосветский салон, где бы молодёжь училась хорошему тону и довершала своё образование на живых образцах, люди с весом могли себя показать, женщины блеснуть своей красотой и нарядами, заезжие артисты и артистки найти покровительство, местные таланты хороший совет и поощрение и все молодые девушки женихов, а все молодые люди невест. (Д. Мамин-Сибиряк)

Тестовые задания к теме 1.2

1. В каких предложениях на месте пропуска ОБЯЗАТЕЛЬНО должно ставиться тире?

1) Рядом _ море на сотни миль.

3) Кочки покрывались ярким мхом, низинки _ изумрудной травой, а луга _ пёстрой сетью листьев.

4) Какая тихая картина! Изба _ у краешка села, у тына _ синяя осина, у леса _ розовая мгла.

5) Первой шла медведица, за ней _ три медведя.

2. В каких предложениях на месте пропуска ОБЯЗАТЕЛЬНО должно ставиться тире?

1) Половину дома занимала аптека, половину _ магазин.

2) Впереди _ ещё поворот, за ним _ ещё.

3) От прямого дерева _ прямая тень.

4) Приятель поселился в большом доме, выходящем на сельскую улицу, а я _ в бывшей баньке, в глубине сада.

5) В пакетике _ чай.

3. В каких предложениях тире стоит в неполном предложении?

1) Прямо перед охотником — заросший кустарником пологий берег, выше млеют на солнце красавицы сосны и ели.

2) Культивированный жемчуг созревает через три года, натуральный — в течение десяти лет.

3) Трудно было не подружиться с ним — человеком открытой души.

4) Этот частокол — западня для деревенских котов, любителей рыбы.

5) Задача у меня была самая скромная — рассказать даже незначительные случаи, свидетельствующие о талантливости русского человека.

4. В каких предложениях тире стоит в неполном предложении?

1) Тиарет — центр арабской культуры.

2) Летом в домике знойно и душно, зимой — жарко.

3) Кругом — заповедные леса, глушь и тишина неописуемая.

4) Изредка ещё слышались бубенчики проезжавшей тройки, а по вечерам — уютное мычание коров, возвращавшихся с полей по домам.

5) Над Кобулетами сняло чистое, ослепительно синее небо — редкость для этих мест в сентябрьское время.

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector